Архив Александра Н. Яковлева

Вопрос: Верно ли, что обо всем этом деле вы узнали только от Комиссии Партийного Контроля?

Ответ: Только сейчас от т. Бутыриной.

Вопрос: Чем вы объясняете, что у вас творятся контрреволюционные дела, а вы ничего не знаете?

Ответ: Во главе сценарного отдела был поставлен т. Белицкий, он был прислан Горкомом. До этого он был в «Литературном Ленинграде», — был поставлен член партии — это впервые в истории «Ленфильма». Беляев, как говорил т. Белицкий, является наиболее положительным и наиболее подходящим сотрудником для этой работы. Белицкий говорил, что материал прибывает очень хороший, что на основе этого материала, выйдет хороший сценарий, что Пантелеев написал три части сценария, до этого было написано либретто, которое я читал. Поэтому у меня не было никакого повода, чтобы сомневаться в материале...

Вопрос: Понимали ли вы, что фильм о Kирове и сбор материалов — это сугубо политическое дело?

Ответ: Безусловно.

Вопрос: Чем объяснить, что вы, как руководитель, не интересовались этим делом, не проверяли, и дело оказалось в таком положении?

Ответ: У меня не было физической возможности, — нет времени, потому что я одновременно занимаюсь и производством, и вопросами технологии производства, и объединениями, и у меня физически не хватает времени. Я на фабрике с 9 часов утра до 12 часов ночи. Сейчас Эрмлер пишет сценарий «Большевики». Это важнейшая работа. Но я тоже не могу читать весь материал, собранный для него. Я читал сценарий, который передан сейчас в Горком. Он консультировался в Москве у целого ряда работников, которые указали на ряд серьезных ошибок...

Вопрос: У вас не хватало времени заниматься политикой?

Ответ: Вся наша работа состоит из политики, потому что мы делаем идеологическую продукцию, но читать весь поступающий материал у меня не хватает времени. И поэтому, имея на ответственном участке руководителя — члена партии, вызывающего доверие — у меня не являлось сомнений. Если бы мне заявили, что на этом месте являются сомнения, но мне этого не заявляли...

Вопрос: Вы знали, что Беляев собрал материал, порочащий т. КИРОВА, и вы ничего не предприняли?

Ответ: Если у Беляева повернулся язык..., то это явно классово-враждебный поступок. Он мне заявлял, что «неужели я подозреваю, что он склеивал материал», а сегодня выяснилось, что материал действительно склеивал...

Вопрос: А Белицкий, как поступал Белицкий? Он обманывал?

Ответ: Я не думаю, что Белицкий обманывал меня. Он в этом деле поступил, как партийная «шляпа», я уверен, что он не знал.

Вопрос: Если Белицкий не оказался способным оценить материал, как контрреволюционный, это характеризует его как большевика. Он знал этот факт, порочащий славное имя т. КИРОВА, а вам говорил, что материал нужный, интересный. Это не обман?

Ответ: Я думаю, что это не обман. Мне кажется, что он внимательно не читал.

Вопрос: Он сам говорит, что большую часть он читал, видел порочащие места, а сам докладывает, что материал «нужный и интересный». Он обманывал вас как руководителя учреждения. Чем это объяснить?

Ответ: Мое мнение, что он не читал внимательно.

Вопрос: Дело в установленных фактах, а не в вашем мнении.

Ответ: Отсутствует достаточное руководство...

Вопрос: На каком основании у вас такие порядки, что материал, принадлежавший фабрике, люди хранят у себя на дому и передают другим лицам?

Ответ: Такого порядка не существует. Материалы хранятся на фабрике. У нас был такой же случай, когда был материал т. ВОРОШИЛОВА, — материал этот был передан писателю через секретный отдел. О факте хранения материала на дому у Беляева я не знал. Когда я спросил, есть ли у нас материал, он сказал, что, конечно, материал есть на фабрике. А потом мне сказал Белицкий, что материал у него на дому.

Вопрос: Почему только с материалом о КИРОВЕ получилась такая вещь?

Ответ: Когда у нас был материал по «Первой конной», у меня не было начальника сценарного отдела — члена партии. Поэтому я вынужден был следить за ним сам.

Вопрос: Признаете ли вы, что это материал явно контрреволюционный?

Ответ: Безусловно, признаю. Когда я дома читал его после вас — у меня волосы стали дыбом...

Вопрос: Таким образом, в вашем учреждении формировался, размножался и передавался другим лицам явно контрреволюционный материал о т. Кирове. Как характеризует это ваше руководство? Что вы можете еще сказать?

Ответ: Факт передачи Светлову материала — это для меня новость. Белицкий и Беляев говорили, что материал рассматривался только на Кировской комиссии.

Вопрос: (Белицкому) — Почему вы не поставили вчера об этом в известность Кацнельсона?

Белицкий: Сейчас это дело Комиссии Партийного Контроля, зачем я буду передавать?

Вопрос: (Кацнельсону) — Вы не признаете своего руководства?

Кацнельсон: Вчера я спрашивал у Беляева, кому показывали этот материал. Он вчера в час дня отрицал, что кому-нибудь показывал...

Записано с моих слов правильно.

Кацнельсон

РГАСПИ. Ф. 589. Оп. 3. Д. 10436. Л. 191–193. Заверенная машинописная копия.