Архив Александра Н. Яковлева

Вашингтон, 30 августа/12 сентября 1900 г.

В моих секретных телеграммах от 16,17 и 1 8 августа* я имел честь донести Вашему Сиятельству, как было принято вашингтонским кабинетом сообщение императорского правительства от 12 августа. В заседании кабинета, в котором присутствовал сам президент21, после продолжительного обсуждения и оживленных прений был выработан известный Вашему Сиятельству ответ федерального правительства. По слухам, впрочем, весьма достоверным, разногласие произошло между военным министром Рутом22 и статс-секретарем Хэем. Последний, не вынесший в начале китайской смуты усиленных занятий и вашингтонской жары, должен был, по совету докторов, удалиться в деревню, но это не помешало ему при помощи телефона дальнего расстояния высказать свое высокое мнение президенту. Он, говорят, советовал держаться англо-американского соглашения (understanding) по этому вопросу, а военный министр был того мнения, что нужно последовать примеру России и отозвать американские войска из Пекина. В меморандуме федерального правительства, как Ваше Сиятельство могли заметить, видны эти два течения мысли. Прежде всего говорится, что отозванием войск из Пекина не могут быть достигнуты цели, поставленные себе федеральным правительством и о которых говорится в ноте отЗ июля, но цели эти так обширны, что для достижения их потребуются годы оккупации. Затем совершенно неожиданно вашингтонский кабинет делает salto mortale и объявляет, что если мнение России не будет поколеблено другими державами и она не изменит своего намерения отозвать свои войска из Пекина, то Соединенные Штаты последуют ее примеру.

Обнародование ответа федерального правительства было сюрпризом для многих и произвело громадное впечатление на американскую публику.

Первые дни газеты говорили только о русско-американском предложении и о том, какое тяжелое и ошеломляющее впечатление оно произвело в Англии и в Германии. Многие органы печати видели в этом поступке федерального

правительства нечто вроде измены Англии и союза с Россией. Но скоро некоторые газеты, стоящие близко к администрации, раскусили, что дело совсем не так просто и что вашингтонский кабинет совсем не сочувствует русской точке зрения и присоединяется к ней только по необходимости ради предстоящей президентской кампании. Администрация очень хорошо поняла, что она не может поступить иначе. Ведь во все время китайского кризиса всем и каждому разъяснялось, что Соединенные Штаты ничего не ищут в Китае и что их участие в этом деле вполне бескорыстное.

Военные приготовления, говорилось дальше, предпринимаются только по необходимости ради освобождения миссии и защиты американских подданных. Федеральное правительство желает только поддержать нераздельность

и независимость Китая и обеспечить за американской торговлей «открытую дверь». Соединенные Штаты всегда изображались единственною защитницею Китая от расхищения алчных и ненасытных союзников. И что могла администрация ответить на заявление императорского правительства? Ничего, кроме полного сочувствия. Но это было не по вкусу англофилам, и они очень ловко, исподтишка, начали свою кампанию против России.

Прежде всего была заподозрена искренность русского правительства. А затем, когда бескорыстие России бросилось в глаза всем, то получающие свои внушения из Лондона стали говорить публике, что бескорыстие России объясняется очень просто тем, что сибирская дорога не кончена, что Россия вообще не готова и желает просто выиграть время.

Если Россия имеет возможность ждать, то другие державы не имеют такого преимущества и они должны остаться в Пекине и присутствовать при разделе Китая, если оный должен совершиться. Для того чтобы внушить публике

ненависть к России, печатаются разные корреспонденции якобы от очевидцев о зверствах, совершаемых русскими солдатами, и при этом корреспонденты замечают, что англо-американские войска приходят в негодование от

варварства русских, не щадящих беззащитных женщин и детей.

Такими статьями исподволь подготовляется общественное мнение, и можно сказать, что это делается весьма успешно. Для примера, как обрабатывают общественное мнение, можно взять хотя бы слово «империализм», сначала очень ловко эксплуатируемое демократическою партией, но теперь потерявшее прежнее значение. Совершенно естественно, что администрация ввиду предстоящей президентской кампании не сивеем уверена в своих силах и хотела бы явиться перед страною, так сказать, с чистым балансом, а не с разными недочетами

вроде войны в Филиппинах или продолжительной оккупации Пекина. Ввиду этого, желая иметь все шансы на своей стороне, она, конечно, рада избавиться от китайских осложнений и отозвать свои войска из Пекина. Но если этого избежать нельзя, то надо подготовить общественное мнение и потешить американскими успехами в международной политике. И американцы стали очень чувствительны на этот счет. Демократы могут нападать на «империализм» Маккинли23, сколько хотят, но американский народ уже преисполнен манией величия и желает играть заметную роль во всемирной истории. Республиканская простота и невмешательство в дел а других народов, столь восхваляемые демократами, если я не ошибаюсь, уже достояние прошлого. И это стремление к величию очень на руку нынешней администрации.

С глубочайшим почтением и совершенной преданностью имею честь быть, милостивый государь, Вашего Сиятельства покорнейший слуга.

Подпись: де Воллан.

На подлинном помета: •/•.

Ф. Канцелярия МИД. Оп. 470. 1900 г. Д. 109. Т. 1. Л. 226-229 об. Подлинник.