Архив Александра Н. Яковлева

При личной моей явке казалось, что все согласились, что разбивать мой отряд, ввиду особой его цели для генерала Краснова, не следует и не должно, да и все товарищи моего отряда готовы выполнить любое задание, но ни в коем случае не желают быть разбросанными, чтобы быть разбитыми по частям озлобленными против меня красновскими бандами.

По сведениям от перебегающих жителей, по моему глубокому убеждению, необходимо перейти к активным действиям, хотя бы не в крупном масштабе, чтобы заставить противника раскрыть свои силы и отвлечь часть сил от Царицына и Поворино.

К этому наступлению я готов.

Что, в сущности, изменилось с отходом от ст. Филоново и Себряково. Живая сила ни моя, ни т. Киквидзе не истрачена. Технически я что имел, то и имею. Противник, устами окружного атамана Усть-Медведицкого округа жаловавшийся 16 июля на весьма плачевное положение на Усть-Медведицком фронте, вдруг изменил это положение с теми же силами только благодаря беспорядкам в отрядах моих соседей. Перед нами силы противника таковы, что мы должны начать на него по всему нашему фронту наступление, чтобы заставить его силы, брошенные на Царицын, снова потянуть на север, а силы, брошенные на Поворино, — на юг и восток. Ведь у него только завеса и мы тоже стараемся завеситься, не стремясь к раскрытию его сил пред нами. Это непростительная ошибка.

Делая личное наблюдение, я пришел к необходимому выводу произвести на днях наступление на сл. Даниловку с целью выяснения его сил в данном районе и с целью привлечь его на себя.

Установлено путем опроса пленных и перебегающих жителей, что против меня стоят 13-й, 15 и 16-й полки и Островский полк под начальством войскового старшины Алексеева.

Вчера мною выслан разъезд особой важности по направлению на Булгурин через Терешкин, Дворню и далее, как подготовительный шаг к наступлению на Даниловку.

Позволяю доложить Вам, что способ борьбы не отходя от линии железной дороги крайне вреден и опасен, а пассивная борьба, оборонительного характера, никогда не ведет к победе, если части обороняющегося к тому же деморализованы. Их необходимо реорганизовать.

Именем революции прошу Вас считать мой отряд всегда готовым к борьбе, но и прошу его не раздроблять, дабы не ставить меня и моих товарищей в пораженческое положение.

Не откажите присылкой поддержки в два батальона и более, чтобы я мог со временем нанести сильный удар врагу и исполнить задание т. Левицкого.

Верьте, что я имею богатый боевой опыт, оцененный высшим командованием старого режима, и мне тяжело видеть, как контрреволюция торжествует над нашими промахами и бездарностями. Не имея конницы, которую я отдал по требованию Высшей военной инспекции под Царицын, я при разбросанности моей бригады, при усиленном желании агентов генерала Краснова, поклявшегося уничтожить меня и мой отряд, — несомненно обречен на уничтожение, а потеря эта для дела революции будет весьма чувствительна.

Ходатайствую возложить оборону ж.д. на Кланский полк, Терсинскую роту и военные комиссариаты волостей.

Бригаду же мою иметь как угрозу врагу, готовую к бою в любой момент и в любом месте; бригаду в которой тяжелыми усилиями создается прочная дисциплина, но каковая падет, если бригада будет разбросана.

Бригада моя расположена на позиции Ореховка—Терешкин. Одна рота в Краншевке—Матышевке—Рудне. Терсинская мобилизованная рота в Терсе.

Комбриг [подпись отсутствует]

РГВА. Ф. 1304. Оп. 1. Д. 486. Л. 143–144. Машинописная копия.