Архив Александра Н. Яковлева

По поручению т. Сталина посылается Вам для сведения записка т. Мехлиса от 4.1.35 об ошибках в материалах о 30-летии Бакинской стачки 1904 г.

Приложение: Экз. № 23 на 6 листах.

Зав. ОС ЦК ПОСКРЕБЫШЕВ

В связи с материалами о 30-летии бакинской стачки 1904 г. и допущенными в них ошибками исторически фактического порядка, редакция «Правды» попыталась выяснить первоисточники этих ошибок.

Изучение вопроса показало, что основными документами, искажающими историческую действительность, являются: автобиография т. А. Енукидзе, его статьи и воспоминания.

Обратимся к фактам.

1) Когда была основана бакинская социал-демократическая организация?

Тов. Енукидзе связывает зарождение бакинской организации со своим приездом в Баку. В автобиографии (см. энциклопедический словарь Граната) он пишет:

«В сентябре 1898 г. я получил перевод в бакинское депо в качестве помощника паровозного машиниста. В Баку я вскоре завязал связи, кроме железнодорожных рабочих, и с рабочими заводов и промыслов нефтяного района. В то время в Баку никаких с.-д. организаций не существовало, кроме маленькой группы рабочих, высланных туда из Москвы известным Зубатовым. Вместе с ними мне удалось организовать в трех районах Баку кружки из рабочих (в гор. Сабунчах и Балаханах). Таким образом, начало 1899 г. — можно считать началом основания бакинской с.-д. организации».

В Большой Советской Энциклопедии также написано:

«В то время в Баку¹ не было других с.-д. организаций, кроме маленькой группы рабочих, высланных из Москвы Зубатовым. Вместе с этими рабочими Енукидзе в начале 1898 г. сорганизовал в трех районах Баку кружки из рабочих (в гор. Сабунчах и Балаханах); таким образом было положено начало бакинской с.-д. организации»².

В этом же духе вопрос освещен в Малой Советской Энциклопедии и в книжке А. Енукидзе «Большевистские нелегальные типографии», вышедшей в 1934 г. 3-м изданием.

В действительности же бакинская с.-д. организация существовала уже в 1896–97 г.г. Енукидзе же прибыл в Баку в конце 1898 г. По одному этому он не имеет оснований утверждать, что в 1898 г. в Баку не было никакой с.-д. организации. По той же причине т. Енукидзе не мог быть основателем бакинской с.-д. организации, как это утверждается в цитируемых документах.

2) Об умалении роли Владимира Кецховели.

Во всех перечисленных документах несмотря на отдельные оговорки, т. Енукидзе выступает, по роли и удельному весу в партийной организации, как равноценная с Владимиром Кецховели, фигура. Нечего доказывать, что это искажает действительность. Бакинская с.-д. организация, возглавлявшаяся Кецховели, приобрела в 1900–1901 г.г. облик большевистско-«искровской» организации именно благодаря работе последнего. Вл. Кецховели — один из первых (если не первый) большевиков-искровцев в Закавказье среди грузинских с.-д. В этой связи более чем странно звучит заявление т. Енукидзе о том, что он не сомневается в следующем: «Если бы Кецховели удалось дожить до момента раскола РСДРП, он бы целиком стоял в рядах большевиков». Как будто бы не Кецховели, а кто-то другой разоблачал «экономистов» — будущих меньшевиков и тех, кто примиренчески был настроен к «экономистам» и к группе «Южного рабочего».

Таким образом, роль Кецховели преуменьшена, а роль самого т. Енукидзе явно преувеличена. В действительности же первый был организатором и вождем бакинской с.-д. организации, а второй, в сравнении с Кецховели, ее рядовым работником.

3) Кем была организована первая с.-д. типография в Баку?

В Большой Советской Энциклопедии сказано, что «благодаря главным образом Енукидзе, в Баку была оборудована большая нелегальная типография». В книжке «Большевистские нелегальные типографии» т. Енукидзе подробно рассказывает «о своей роли в организации типографии, о своих поездках в Тифлис, где ему сначала, якобы, отказали в средствах т.т. Сильвестр Джибладзе и Сталин «на том основании, что тифлисская организация желала, чтобы все дело печатания находилось под ее контролем и руководством».

В сборнике «Двадцать пять лет бакинской организации большевиков», изданном в 1924 г., т. Болквадзе, известный работник нелегальных типографий сообщает противоположное.

Бакинскую подпольную типографию организовал Владимир Кецховели. После одной забастовки в 1900 г. трамвайных рабочих в Тифлисе, — говорит т. Болквадзе, — Кецховели, как организатор забастовки, вынужден был скрыться в Тифлисе. Он переехал в Баку и здесь достал средства на покупку одной печатной машины. Приобрести шрифты и остальное оборудование помогла тифлисская организация социал-демократической партии, и вскоре типография начала свою работу». «Первоначально, — продолжает т. Болквадзе, — в типографии работало всего двое; Кецховели и я; через некоторое время, когда работы стало много и мы не могли справиться одни, к нам примкнул т. Цуладзе».

Вывод ясен: организатором первой нелегальной типографии в 1900 г. был Вл. Кецховели. Он же был и редактором нелегальной социал-демократической газеты «Брдзола» («Борьба»).

4) О работе типографии после гибели Кецховели и 2 съезда партии.

Тов. Енукидзе очень путано описывает этот период. В своей книжке он пишет: «До весны 1905 года “Искра” считалась центральный органом партии, и типография выполняла не только задания новоискровского направления, но печаталось там все по отдельным указаниям Центрального Комитета партии, передаваемым нам через своих членов, как раз тех членов ЦК, которые принадлежали к большевистской фракции. Это был покойный товарищ Глебов (Носков), избранный в ЦК на 2 съезде партии, и Л.Б. Красин — член русской группы ЦК».

Здесь т. Енукидзе не вполне искренен. Не мог же он забыть, что и Глебов (Носков), и Л.Б. Красин в тот период скатились на примиренческие к меньшевизму позиции. О Глебове и его меньшевистском поведении во время объезда Закавказья перед III съездом партии подробно говорят Вано Стуруа и другие товарищи в письмах к Ленину³.

Тов. Енукидзе смазывает значение раскола на II съезде партии, наводя при этом тень на всю бакинскую организацию. Оказывается, лишь к тому моменту⁴ уже назревал тот раскол в партии, который наметился на II съезде. Спрашивается, зачем понадобилось т. Енукидзе извращать известные факты о совершившимся на II съезде фактическом расколе? Для того лишь, чтобы оправдать печатание в типографии меньшевистских материалов. («До весны 1905 года “Искра” считалась центральным органом партии, и типография выполняла не только задания новоискровского направления» — Енукидзе.)

Во всем этом и в других высказываниях т. Енукидзе явно проскальзывает его либерализм в отношении меньшевиков. Крайне характерно такое, вскользь оброненное им, замечание о политическом лице работников типографии до III съезда включительно:

«По фракционным настроениям среди нас преобладали большевики, но было и несколько меньшевиков. Наши разногласия абсолютно не отражались на работе» (см. книжку о нелегальных типографиях).

Как это — принципиальные разногласия большевиков с меньшевиками не отражались на работе? Разве безразлично было, какая литература — меньшевистская или большевистская — печатается?! Оказывается, кто-то выступал в роли «примирителя» большевиков с меньшевиками. «За те годы, — пишет там т. Енукидзе, — я так часто улаживал конфликты и примирял товарищей, что эта привычка сделалась теперь для меня отрицательной чертой». В другом месте мы у него читаем: «Несмотря на нарождающиеся у нас разногласия, мы всегда умели, чувствуя огромнейшую ответственность перед партией, изживать наши споры, но ко времени третьего съезда партии и объявления “Пролетария” центральным органом большевиков, в типографии остались только сторонники большевистского течения».

Так обстоит дело с работой т. Енукидзе в типографии между 1 и 2 съездами партии.

Наши выводы:

1) В материалах т. Енукидзе совершенно несправедливо умалена роль Владимира Коцховели — вождя бакинской партийной организации в начале девятисотых годов, одного из первых (если не первого) большевиков-«искровцев» в Закавказье среди грузинских социал-демократов. Зато явно преувеличена роль самого т. Енукидзе. Наша печать, находясь под влиянием этих, много раз опубликованных материалов т. Енукидзе, воспринимает ошибочную точку зрения о роли Кецховели и Енукидзе. Эту ошибку надо в кратчайший срок выправить.

2) Книжку т. Енукидзе «Большевистские нелегальные типографии», вышедшую в 1934 г. третьим изданием, нельзя больше в таком виде переиздавать. Эту книжку, а также другие упоминаемые нами документы, следовало бы подвергнуть критическому разбору на страницах «Правды». Это может сделать редакция «Правды» или же т. Енукидзе, выступив в печати с критикой своих ошибок.

По поручению редакции «Правды»

Л. МЕХЛИС

Верно: Ксенофонтова.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 206. Л. 111. Текст на ротапринте. Подчеркивания рукой Сталина.