Архив Александра Н. Яковлева

Я, товарищи, научно говорить не могу. Но все-таки мне хотелось сказать, что не все ученые одинаково рассуждают по этому вопросу. В решениях XXIII съезда партии записано, что наука теперь стала материальной силой в наших условиях. Это действительно правильно, и мы реализуем великие достижения советской науки в космосе, но в то же время меня несколько удивляет случайный страх у некоторых наших ученых — «как бы чего не вышло». Я родился и вырос на Байкале, и красоту Байкала ощущаю хорошо. Я это говорю как секретарь обкома партии, и если бы я только любовался его красотой, то я сделал бы большую ошибку, и тогда бы не работал так долго секретарем обкома.

Товарищи, мы должны беречь Байкал, не разрушать его животный мир и прочее. Но в наш век то, что нас окружает, что окружает Байкал, его производительные силы должны быть поставлены на службу создания материально-технической базы коммунизма.

С этой точки зрения меня удивляет такое отношение к этому делу нашего большого друга академика Трофимука. В данном случае я не совсем понимаю его. Я согласен, что надо Байкал не нарушать.

Товарищ Галазий живет в Иркутске, но ни разу не был на Селенгинском комбинате. Я хорошо знаю существо дела. Все время пишут страхи. Мы же не в Америке живем. У нас народ не боится.

Сейчас на Селенгинском комбинате приняты антисейсмические меры. Зачем нас так запугивать. Наша наука делает космические корабли, а на Земле не может решить проблему очистки сточных вод комбината. Это позорит нас. Академики Жаворонков, Горинов, профессор Красниковский правильно говорят, что наша наука должна двигаться вперед.

Мы многое создали заново. Почему именно должны быть разрушения? Я не знаю, как думает наш президент, товарищ Келдыш. Нельзя стращать. Это принципиально неправильный подход.

Если бы товарищ Галазий и другие товарищи свои научные способности употребили на то, чтобы сделать хорошие очистные сооружения, — это принесло бы большую пользу.

Я не знаю подробно, что такое механическая и биологическая очистка. На комбинате № 16 Миннефтехимпрома это сделано прекрасно.

Вопрос утилизации. Мы послушались совета академика Трофимука делать пятилетний накопитель.

Я был на Красноярской гидроэлектростанции. Там выдерживается большой напор воды. Почему у нас не сделать этого? Сточные воды одного комбината — это не соль.

На мой взгляд, взгляд местного партийного работника, неправильные приемы рассмотрения этого вопроса.

Мы бы просили наших уважаемых деятелей науки помочь.

ЦК ВЛКСМ приняло решение нашу стройку включить в число 35 важнейших комсомольских строек. Комсомольцы форсируют строительство, а другие говорят, что надо демонтировать. Должен быть порядок в этом деле.

Что касается сырьевой базы, я должен сказать, по данным точной справки наших местных научных органов, вокруг Байкала (а не со стороны моря, с обратной стороны кругом) 250 млн [куб. м] перестоявшего леса, который гниет, приносит жестокие пожары, потому что у нас засушливый район. Сколько миллионов кубометров леса! А если все это будет переработано на картон, это даст больше 60 млн руб. прибыли. Это не маленькое дело.

Я, как секретарь обкома, переживаю. Когда Николай Константинович дал мне телеграмму, я говорю — разрешите мне приехать, поприсутствовать, это же кровное дело, мы 4 тысячи подняли людей. Они строят успешно, освоили 40 млн рублей, главный корпус почти готов, и после этого, когда читаешь статью в «Комсомольской правде»² — демонтировать это, это неправильно, ведь это же сложнейшее предприятие, не простое дело, выбросить картонный комбинат, а его не так просто выбросить; что такое передать машиностроительным заводам? Конечно, мы, буряты, с удовольствием возьмем и машиностроительный завод, можно будет возить к нам металл, а от нас возить машины, но сколько это будет стоить?

Что касается рыбы, омуля, его, конечно, никогда не было, где вы видали этот омуль? Это, конечно, замечательная рыба, я за то, чтобы этой рыбы было больше, но омуля не было и до постройки целлюлозно-бумажных комбинатов. А «Комсомольская правда» пишет, когда комбинаты еще не работали, а уже загубили рыбу. Так же нельзя писать, тов. Галазий, что берега обрушиваются, что рыбы стало мало, я с вами согласен, все нужно делать, чтобы Байкал не загрязнять, сделать такие очистные сооружения, которые бы полностью гарантировали Байкал от загрязнения. Я за это. Мы просили бы вас в этом деле помочь.

Я почему-то глубоко убежден, что совместными усилиями науки и наших проектантов можно создавать такие очистные сооружения. Это надо сделать, будет огромная польза. Наши картонные предприятия тоже красивые, они не нарушают красоту природы. Это предприятия высокой культуры.

Поэтому я очень доволен, что правительство, Госплан СССР, Комитет по науке и технике и Академия наук внимательно этот вопрос рассмотрят, и убежден, что будет найдено правильное решение об обеспечении полной сохранности Байкала³.

РГАЭ. Ф. 4372. Оп. 66. Д. 1246. Лл. 255–257. Копия.