Секретно
Сегодня имел беседу с министром иностранных дел Голдой Меир по ее
просьбе.
В начале беседы Г. Меир заявила, что у нее нет какой-либо определенной
темы сегодняшней беседы и что она хотела бы сегодня поговорить об
израило-советских отношениях в целом. Она сказала, что отношения между
СССР и Израилем вызывают сейчас серьезную озабоченность израильского
правительства. Политика СССР является односторонней и явно направленной
против Израиля. Это проявляется во всех областях и во всех вопросах
израило-советских отношений — больших и малых.
Например, два дня тому назад в советской газете «Известия» сообщалось о
новом пограничном инциденте на сирийско-израильской границе. В заметке
говорилось, что израильские войска открыли огонь, в результате чего был
ранен сирийский солдат. Это квалифицировалось как израильская агрессия.
В действительности же это была сирийская агрессия, во время которой
сирийцы убили израильскую женщину из пограничного селения. Об этом
убийстве «Известия» даже не упомянули. Подобная тенденциозность
проявляется в советской печати довольно часто. Это особенно относится к
телеграфной информации, хотя в Израиле находится корреспондент ТАСС,
который должен был бы правильно информировать Москву о происходящих в
Израиле событиях.
Тенденциозный подход со стороны СССР проявляется и в более сложных
вопросах.
Примером игнорирования израильских интересов является, по мнению Г.
Меир, поставка Советским Союзом вооружения Египту и Сирии. Особое
беспокойство израильского правительства вызвали поставки подводных
лодок. До сих пор такое вооружение странам Ближнего Востока не
поставлялось.
По словам Меир, каирское радио вчера сообщило, что указанные подводные
лодки будут использованы для блокады израильского судоходства в Акабском
заливе. «Если это произойдет, — сказала она, — то ответственность ляжет
не только на Каир».
Мы понимаем, продолжала она, что во время синайской кампании Советский
Союз осуждал Израиль и выступил против него. Но отношение СССР к Англии
и Франции, которые также выступили против Египта, было иным. Торговля с
ними не прерывалась ни на один день. Советские послы из Лондона и Парижа
не отзывались. Советские руководители заявляют сейчас о желании СССР
установить дружбу с этими странами, в отношении Израиля таких заявлений
пока не было.
Нам непонятно, сказала Меир, почему Советский Союз проявляет такой
различный подход к большим и малым странам? Нам кажется, что этот подход
не соответствует принципам советской политики, что если и должна быть
разница в подходе к большим и малым странам, то к малым странам
отношение должно быть более благожелательным.
Я лично ожидала, продолжала Меир, что после возвращения советского посла
в Израиль начнется новая глава в советско-израильских отношениях. Это не
направлено против Вас лично, но то, что сейчас происходит, не
свидетельствует о том, что дела идут к лучшему.
Я не хотела, чтобы меня неправильно поняли: я не требую, чтобы улучшение
отношений между Израилем и СССР происходило за счет ухудшения
советско-арабских отношений. Я лишь спрашиваю, — почему хорошие
отношения СССР с арабскими странами должны обязательно вести к вражде с
Израилем?
Мы сейчас стремимся к тому, чтобы повернуть развитие
советско-израильских отношений в сторону их улучшения. Что мы должны
сделать для этого?
Недавно посол СССР в Бухаресте спросил израильского посланника, что мы
намерены предпринять для улучшения отношений с СССР. Как только мы
получили сообщение об этом, нашему посланнику в Бухаресте было
немедленно дано указание информировать советского посла о нашей
готовности обсудить практические меры в этом направлении, в том числе
предложения об обмене делегациями, возобновлении торговли и т.п. Но
советский посол во время второй встречи уклонился от обсуждения этих
вопросов, заявив, что теперь положение изменилось.
Выслушав Меир, я ответил, что советско-израильские отношения,
действительно, ухудшились. Но произошло это исключительно по вине
Израиля. Советский Союз здесь ни при чем. Три месяца тому назад, когда
Израиль в конце концов вывел свои войска с территории Египта, появилась
надежда, что вслед за этим шагом Израиль предпримет другие шаги к
нормализации обстановки, к нормализации своих отношений с арабскими
странами и с Советским Союзом. Но этого, как известно, не произошло.
Израиль продолжал свою политику с «позиции силы» в отношении арабских
стран и способствовал поддержанию напряженности в районе.
Что касается израило-советских отношений, то все шаги Израиля за
последние три месяца были направлены не на улучшение, а на ухудшение
этих отношений.
По поводу поставок оружия арабским странам я сказал Меир, что
израильскому правительству хорошо известно отрицательное отношение СССР
к гонке вооружений и его стремление положить конец этой гонке. Я
напомнил ей также о советских предложениях западным державам о мерах по
ослаблению напряженности на Ближнем и Среднем Востоке, подчеркнув при
этом, что эти предложения, как известно, не были приняты. Не поддержал
их и Израиль. США, Англия, Франция, Канада и др. страны продолжают
поставки оружия Турции, Ираку, Саудовской Аравии, расширяют здесь свои
военные базы и устраивают военные демонстрации. Израиль также продолжает
получать оружие. Бен-Гурион 20 марта признал, что Израиль продолжает
получать оружие от Франции и Канады. Были и другие заявления о получении
оружия Израилем.
Всем хорошо известна, сказал далее я, деятельность империалистов США,
Англии и Франции на Ближнем и Среднем Востоке, угрожающая независимости
и безопасности арабских стран. Всем известно также, что в Израиле
по-прежнему раздаются призывы к дальнейшей агрессии в отношении арабских
стран. Так, начальник израильского генштаба М. Даян 24 мая заявил: «Мы
готовы воевать против арабов в третий, четвертый, седьмой и восьмой раз.
Арабы должны знать это». Лидер одной из партий правительственной
коалиции Бен Агарон на днях потребовал вновь захватить район Газы. Разве
могли Египет и Сирия оставаться безоружными и беззащитными перед такими
угрозами, в такой опасной обстановке?
Советская политика на Ближнем Востоке, сказал я, является твердой,
последовательной, а не конъюнктурной. Она направлена на сохранение и
упрочение мира. У нас здесь нет военных баз, концессий, и мы не
стремимся их приобрести. Мы за мир и дружбу со всеми странами. Но нам не
безразлично, что здесь происходит, и мы никогда не будем потакать
поджигателям войны. От Тель-Авива до Одессы не более тысячи километров,
и нам не безразлично, в чьем распоряжении находятся израильские
аэродромы.
Я сказал далее, что, по моему мнению, единственным путем для Израиля к
улучшению отношений с Советский Союзом и к упрочению положения Израиля в
районе является путь мира и дружбы с арабскими странами. Для этого нужны
не новые декларации, а конкретные шаги. В первую очередь необходимо
отказаться от гибельной для Израиля политики с «позиции силы» в
отношении арабских стран.
Что касается претензий к советской печати, то я сказал, что не могу с
ними согласиться. Я могу допустить, сказал я, что в некоторых заметках,
заимствованных из иностранной печати, могут быть иногда мелкие
неточности, ответственность за которые несут иностранные газеты. Но
общее направление и все существенные факты, которые сообщает наша
печать, всегда являются правильными. Факты, опубликованные в «Известиях»
по материалам сирийской печати, также изложены правильно.
Иначе ведет себя израильская печать. Об СССР она пишет в таких
выражениях, которые были бы допустимы лишь в том случае, если бы Израиль
находился в состоянии войны против Советского Союза. Израильские газеты
соревнуются между собой в клевете и хулиганских выходках по адресу
Советского Союза и руководителей Советского Правительства. За последнее
время начались выпады и против посла СССР.
Г. Меир на это сказала, что она сожалеет по поводу выпадов некоторых
израильских газет против руководителей СССР, а также против посла. Она
обещала принять меры, но вслед за этим заявила, что в условиях Израиля
предпринять что-либо в отношении печати невозможно. На днях, сказала
она, одна израильская газета опубликовала возмутительную статью о
положении в Бирме, но все попытки МИД привлечь редактора этой газеты к
ответственности оказались безуспешными.
Возвращаясь к вопросу о советских поставках оружия Египту, Меир сказала,
что целью арабов является уничтожение Израиля. От Каира до Тель-Авива
ближе, [чем] от Тель-Авива до Одессы. Египетские «Миги» могут прилететь
в Тель-Авив за 5—7 минут. У Израиля нет бомбардировщиков, а у Египта
есть «Ильюшины». Мы беспокоимся за наше существование.
Далее Меир стала говорить о заинтересованности Израиля в мире и в
дружественных отношениях с Советским Союзом. Она заявила, что
обязательство Израиля не участвовать в каких-либо агрессивных военных
блоках, направленных против СССР, содержащиеся в письме Шарета к
Молотову в 1953 году, остается в силе и что Израиль будет выполнять это
обязательство. Она также подчеркнула, что в своем заявлении о доктрине
Эйзенхауэра израильское правительство не упомянуло об антикоммунизме,
считаясь в этом вопросе с мнением Советского Союза. По ее словам,
доктрина вследствие такого заявления имеет ограниченное значение в
применении ее к Израилю. Во всем, что касается обороны Израиля, решать
будем мы сами, а не кто-то другой.
Мы знаем, сказала она, что до мира здесь еще далеко, но нам хотелось бы
спокойствия. Мы будем защищаться, если на нас нападут, но мы будем
терпеливы. Хорошо, если бы СССР побудил и арабов к спокойствию.
Мы сейчас ломаем головы над вопросом, как договориться с СССР о
нормализации отношений. Мы готовы начать переговоры об этом. Готовы
послать в Москву ответственную делегацию. Готовы принять советскую
делегацию в Израиле. «Я готова поехать в Москву», — сказала Меир.
В ответ на это я еще раз повторил, что дело улучшения отношений с
Советским Союзом зависит только от Израиля. Улучшить эти отношения можно
лишь конкретными делами, коренным изменением политики Израиля как здесь
в районе, так и в органах ООН. Израиль должен добиваться доверия к своей
политике со стороны миролюбивых народов. А эта задача не легкая, ее
решение потребует много времени.
Что касается того, что в заявлении Израиля о присоединении его к
доктрине Эйзенхауэра не упоминается о направленности доктрины против
стран социалистического лагеря, то я заметил, что, по моему мнению, это
не влияет на содержание и направленность доктрины. Англичане в таких
случаях говорят: «Гарнир к бифштексу не влияет на вкус бифштекса».
Израиль, присоединившись к доктрине, вступил на путь открытой поддержки
империалистической колониалистской политики США, направленной как против
арабских стран, так и против Советского Союза. При этом решающую роль в
определении этой политики будет играть отнюдь не Израиль.
«Может быть, нам в таком случае следовало бы упомянуть об
антикоммунизме, как это сделал Ливан?» — спросила Меир. «От этого не
многое бы изменилось», — ответил я.
Из беседы можно было вынести впечатление, что Израиль озабочен
ухудшением израило-советских отношений, но не намерен отказаться от
своей проимпериалистической агрессивной политики.
Посол СССР в Израиле
А. Абрамов
АВП РФ. Ф. 089. Оп. 10. П. 23. Д. 3. Л. 83—89.
Назад
Интернет-магазин 
Корзина 
