Архив Александра Н. Яковлева

Потемкину

Стомонякову

Вейнбергу

Уважаемый Александр Антонович,

Посланная Вам мною по моем возвращении из Женевы шифровка исчерпывает китайский вопрос в его отражении в женевских работах. До настоящего времени нам не известно, выполнил ли Иден взятое им на себя поручение прозондировать Вашингтон относительно возможности его участия в консультации держав, заинтересованных в делах Дальнего Востока, в соответствии с резолюцией Совета Лиги наций. Я не придаю этому зондажу большого значения, ибо заранее уверен, что если консультация и состоится, то она будет совершенно бесплодной. Сам факт консультации, если бы она происходила в форме небольшой конференции, мог бы иметь некоторое временное политическое значение. Лишенной даже такого значения будет консультация дипломатическим путем, который имеет в виду Иден.

Нам не совсем еще понятен смысл демарша Хэлла, повторенного в письменной форме Мессерсмитом. Вопросы, поднятые как в устной беседе с Вами Хэлла, так и в меморандуме, либо не имеют актуального значения, либо вообще устарели, либо же не могут получить удовлетворительного для Америки разрешения. Спрашивается, зачем же все эти вопросы подняты именно теперь, да еще в такой резкой форме? Вы получите этой почтой от т. Вейнберга подробную справку по всем вопросам, на основании которой Вам нужно будет, тоже в форме меморандума, дать Госдепартаменту наш ответ. Надо будет кратко отметить, что вопрос о претензиях и долгах не получил разрешения отнюдь не по вине советского правительства, а вследствие невыполнения Вашингтоном достигнутого мною с Рузвельтом соглашения. Так же кратко надо отметить, что СССР не может приспособлять свою финансовую политику и курс рубля к удобствам американского посольства и что вряд ли такое требование Америка предъявляет к каким-либо другим странам. Вопрос о размерах консульского округа не подымался американским посольством с 1934 года по той простой причине, что нынешнее положение, когда консульский отдел посольства имеет неограниченный округ, полностью удовлетворяет посольство, о чем еще на днях Гендерсон заявил т. Вейнбергу. Жалоба на недоступность руководства НКИД абсолютно неосновательна, и Вы должны эту жалобу в особо резкой форме отклонить. Был лишь один случай, о котором я Вам в свое время писал, когда Дэвис в день своего отъезда, совпавший с выходным днем, пожелал меня видеть, не сообщив, однако, что он в тот же день выезжает. Я считаю нахальством с его стороны, что он счел возможным меня тревожить в день отдыха без всякого дела, ибо если бы у него было какое-либо поручение от правительства, то оно было бы выполнено после его отъезда поверенным в делах. Я думаю, что Вам никогда не пришло бы в голову без дела или по пустяковому делу обращаться в праздничный день к Хэллу, находящемуся вне города, на даче. По остальным вопросам справка т. Вейнберга дает исчерпывающие ответы, за исключением так называемой изоляции посольства. Это является проблемой, касающейся всех дипломатических представительств в Москве, и вряд ли что-либо может быть сделано. Мне представляется, что Вашингтон решил по каким-либо причинам воздержаться от назначения нового посла, и демарш является соответственной подготовкой этого решения.

Я предвидел большие затруднения и, во всяком случае, значительные задержки в связи с нашим участием в Нью-йоркской выставке. Этим объясняется мой личный запрос Вам, как был бы воспринят наш отказ от участия в выставке. Мне, конечно, совершенно понятны отрицательные результаты такого отказа. Во всяком случае, мы не перестаем напоминать кому следует о необходимости ускорения назначения комиссара и подготовки эскизного проекта. К сожалению, эти напоминания пока результатов не дали. Вчера мною послано новое напоминание, в котором я использовал все аргументы, изложенные в письме т. Уманского № 26. Ничего больше, кроме как напоминать, я делать не могу.

С приветом,

ЛИТВИНОВ

АВП РФ. Ф. 05. Оп. 18. П. 147. Д. 131. Л. 5—7. Копия.