Секретно
Многоуважаемый Максим Максимович,
Назначение к нам Штейнгардта все еще американцами замалчивается.
Подобные назначения, как правило, оглашаются президентом на приеме
печати. Между датой получения нашего агремана и отъездом Рузвельта на
морские маневры в Караибском море был промежуток в 10 дней, которым он
не воспользовался для оглашения назначения. Президент вернется
послезавтра. Слухи о назначении Штейнгардта просочились в прессу из
немецких источников (сообщения германского радио «Трансошен» со ссылкой
на «слухи в московских кругах»; думаю, однако, что немцы узнали об этом
не в Москве, а в Лиме), но пресса настолько перестала верить бесконечным
комбинациям о кандидатах на московский пост, что ни одна газета слуха
этого не опубликовала. Хэлл на приеме печати, отвечая на вопрос о
достоверности этого слуха, отшутился, заявив, что «должен просмотреть
все списки кандидатов и тогда даст ответ». В аппарате Госдепартамента
назначение это известно всего 2—3 крупнейш[им] чиновникам. Назначение
Штейнгардта пока не послано президентом на утверждение Сената.
Штейнгардт находится сейчас в Лиме, его планы мне не известны.
Из этих несколько необычных в здешней практике обстоятельств назначения
Ш[тейнгардта] (при болтливости американцев успех его «засекречения»
просто поразителен) я не стал бы делать далеко идущих выводов и не
думаю, например, чтобы Рузвельт намеревался оттянуть оглашение своего
назначения до урегулирования вопроса о возвращении Вильсона1 или нового
посла в Берлине (этот вопрос на очереди). Но допускаю, что американцы не
прочь затянуть опубликование назначения и, возможно, отъезд Штейнгардта
до и с целью выяснения наших намерений о новом полпреде в Вашингтоне.
Невозвращение Трояновского по-прежнему истолковывается многими видными
людьми в Вашингтоне как ответная демонстрация на неназначение
ам[ериканского] посла и как давление. Этот же факт невозвращения
Трояновского по-прежнему используется враждебными нам кругами (включая
отдельных реакционных чиновников Госдепартамента, о которых мы это
достоверно знаем) для распускания слухов об «исчезновении» Трояновского,
— слухов, которые как раз за последние дни подаются прессой Херста в
более сенсационной форме, чем когда-либо ранее. Ввиду неизменной
популярности Трояновского эти слухи, выдаваемые за факты и которым
верит, несмотря на все наши отрицания, пожалуй, большинство
политического Вашингтона, приносят нам немалый вред. Очень возможно, что
слухи эти пущены сейчас с новой силой именно немцами, чтобы затормозить
официальное назначение Штейнгардта, которое еще более оттенило бы
состояние полуразрыва в американо-германских отношениях. В этом немцам
охотно помогут наши недруги в Госдепартаменте. Мне кажется, что в этих
условиях было бы невредно шепнуть кое-кому из видных журналистов о том,
что Штейнгардт назначен, быстро получил наш агреман и в ближайшем
будущем выедет к новому месту работы. Если к моменту получения данного
письма положение останется тем же, то прошу Вас телеграфно разрешить мне
пустить этот слух, например через известного журналиста Пирсона (автора
ежедневной «Вашингтонской карусели», публикуемой в ок[оло] 300 газетах),
через которого я не раз пускал необходимые нам сведения и кот[орый] меня
пока ни разу не подводил. Он мог бы сослаться на информацию из Лимы.
Теперь о самом Штейнгардте. Особых оснований к тому, чтобы быть в
восторге от этой кандидатуры, нет. Человек он малоизвестный, никаких
признаков близости президенту нет, вес в деловых кругах незначительный
(киты Уолл-стрита едва ли его знают), ни в какой искренней
приверженности рузвельтовской программе или каким-либо прогрессивным
идеям неповинен, говорят, очень тщеславен, наконец, тесно связан с
сионистскими кругами и, что ОЧЕНЬ существенно, принадлежит к тем
представителям американской еврейской буржуазии, которые считают
отмежевание от нас непременным условием своего антифашизма и не мыслят
себе борьбы с антисемитизмом без нелепых рассуждений на тему о том, что,
дескать, «не все евреи за коммунизм и СССР» (пошлости в этом стиле можно
найти в передовых «Нью-Йорк таймс» и др. связанных с еврейскими
буржуазными кругами газетах).
Плюсы Штейнгардта: с реакционной кликой Госдепартамента не связан, от
нее не зависит, будет выслуживаться у Рузвельта, настроен, конечно,
антинацистски, убедился на практике в Лиме о реальности нацистской
угрозы ам[ериканским] интересам в Южной Америке, бывал в Европе, не
провинциал, давно добивался назначения к нам, еще до возобновления
отношений.
Прилагаю биографическую справку, составленную мною на основании всех
доступных материалов и отдельных осторожных расспросов, допустимых в
рамках неразглашения его назначения к нам.
С товарищеским приветом,
И.о. поверенного в делах
К. УМАНСКИЙ
АВП РФ. Ф. 011. Оп. 4. П. 25. Д. 18. Л. 5—7. Копия.
Приложение
к документу № 432
Секретно
СПРАВКА О ЛОУРЕНСЕ ШТЕЙНГАРДТЕ
Ш[тейнгардт] родился в 1892 г. в Нью-Йорке. Отец — бизнесмен достатка
выше среднего (владел фирмой по эмалировке и штамповке). Отец дружил с
бывшим владельцем «Нью-Йорк таймс» Оксом (умершим в 1935 г.)2, а также с
родственником по линии жены сына — видным сионистским деятелем
Унтермейером3. Атмосфера в семье типичная для умеренно-либеральной
зажиточной «успешной» еврейской нью-йоркской семьи. Ш[тейнгардт] избрал
карьеру адвоката, считает себя и экономистом. В 1923 году кончил
юридический факультет Колумбийского университета, в 1915 году получил
степень магистра. В этом же 1915 году издал — по-видимому, на свои
деньги, для саморекламы — небольшую книжку на тему о юридическом статусе
американских профсоюзов. Книги этой ни в одной крупной публичной
библиотеке США нет, как нет на ней и пометки об издателе. Полпредство
нашло книгу с трудом. Ознакомление с ней свидетельствует о том, что у
Ш[тейнгардта] была в это время тенденция доказать, что у профсоюзов
вообще нет и не должно быть никакого юридического статуса. Под соусом
всяких лжелиберальных рассуждений о том, что конституция США
обеспечивает полную свободу действий не только рабочим, но и
предпринимателям, которых нельзя заставить признать профсоюзы,
Ш[тейнгардт] этим развивал аргументацию, которая целиком совпадала с
применявшейся в это время ам[ериканскими] судами практикой при вынесении
решений против бастующих рабочих. Характерная цитата: «Чувства
солидарности, лежащие в основе рабочих союзов, не должны стеснять и
угнетать ту свободную личность, которая предпочитает добиваться
улучшения своего жизненного уровня индивидуальными усилиями (т.е. вне
союзов). Организация рабочих совпадает с интересами государства
постольку, поскольку она является законным орудием для общего блага.
Если же организация рабочих направлена против общественного интереса,
если мощь этой организации направлена в сторону подавления
индивидуальной свободы, то где тот принцип, которым можно оправдать
существование подобной организации?» В дальнейших известных нам писаниях
и выступлениях Ш[тейнгардта] подобных реакционных рассуждений мы больше
не встречали. Незадолго до войны сначала работал в фирме «Деллод,
Плэндер и Грифитс» (английск[ая] фирма в Нью-Йорке). В 1918 г. вступил в
армию нижним чином, оставил армию в конце того же года в чине сержанта.
По-видимому, на фронте во Франции не был. (Служил в 60-м полку полевой
артиллерии.) В 1919 году служил в Военном департаменте в Вашингтоне в
качестве консультанта отдела жилищного строительства и здравоохранения.
В 1920—1933 гг. был членом крупной нью-йоркской адвокатской фирмы
«Гуггенгеймер, Энтермайер и Маршалл». Сын одного из основателей этой
фирмы Маршалла4 сейчас находится в Вашингтоне, работает в лесничестве
Минзема, считается одним из самых передовых молодых чиновников. Брат его
Джордж Маршалл — член редакции близкого нам журнала «Совьет Раша тудей».
Из косвенных расспросов выяснилось, что у Ш[тейнгардта] в названной
фирме была репутация «жесткого эгоиста, которому чужды какие бы то ни
было идеалы и всякая филантропия, упорного и в общем успешного
карьериста». Одновременно со своей работой в адвокатской фирме
Ш[тейнгардт] сколачивает свое состояние, фундамент которому заложен
средствами, полученными от отца. Являлся директором и членом правлений
ряда фирм, обувных, ресторанных, продуктовых и пр. («Киннэй Ко»,
«Аффилиейтед продэктс инкорпорейтед», «Пату», «Лэссинг», «Луи Филлипп»,
«Ни», «Фрют энд продюс аксептэнс корпорейшен», «Инмак корпорейшен»,
американск[ое] отд[еление] Брит[анской] энциклопедии, «Леопольд Штерн и
сыновья» и др.). Справка об этих фирмах и о личном имущественном
положении Ш[тейнгардта] и его жены в настоящее время составляется через
Амторг. Фирмы преимущественно средние и выше среднего, имеют репутацию
«независимых», что, конечно, фикция. Банковские связи выясняются. Выше
следовало упомянуть, что в процессе своей адвокатской деятельности
Ш[тейнгардт] вел несколько «громких», с точки зрения светской хроники,
дел. Дело танцора Нижинского5, дело о каком-то наполеоновском ожерелье
по поручению австрийской эрцгерцогини Марии Терезы и др.
По адвокатской фирме связан со своим родственником Энтермайером, очень
видным еврейским буржуазным общественным деятелем, до 1936 г. являвшимся
вице-президентом постоянного всеамериканского «Еврейского конгресса».
Энтермайер один из лидеров американского сионистского движения, до 1927
г. был президентом «Палестинского фонда». Сейчас он президент
«Антинацистской лиги борьбы за права человека», возглавлявшей в первые
годы нацизма движение за бойкот германских товаров в США. Энтермайер
считается одним из крупнейших нью-йоркских адвокатов, конек которого —
защита прав мелких и средних фирм от засилия крупных,
умеренно-либеральная борьба против монополий, за антимонополистское
законодательство и его применение на практике. Энтермайер, который явно
является духовным отцом Ш[тейнгардта], был делегатом конгрессов
Демократической партии в 1904, 1908, 1912, 1916, 1932, 1936 гг. Семья
Ш[тейнгардта] также является традиционно приверженной Демократической
партии, т.е., в условиях Нью-Йорка, — Таммани Холлу. Ш[тейгардт] в 1932
году был, еще до избрания Рузвельта кандидатом в президенты на
дем[ократическом] съезде, членом комитета по кампании в пользу
выдвижения Рузвельта кандидатом. После съезда Ш[тейнгардт], как
поставивший на правильного кандидата и в вознаграждение за личные
финансовые услуги (еще до съезда Ш[тейнгардт] сделал пожертвование в 10
тысяч долларов на избрание Рузвельта) избран членом финансовой комиссии
Демократической партии, функции которой сводятся к финансированию
избирательных кампаний, сбору средств и, естественно, купле-продаже
назначений, льгот и т.д. После съезда Ш[тейнгардт] снова внес
пожертвование на избрание Рузвельта (точн[ая] сумма неизвестна) и в 1933
г., после прихода Рузвельта к власти, получил, как это, несомненно, было
заранее обусловлено, назначение посланником в Швецию. По пути в
Стокгольм в 1933 году он остановился в Лондоне, где в это время
происходила Международная экономическая конференция. Сообщенные ранее
нами сведения, будто Ш[тейнгардт] был членом ам[ериканской] делегации на
этой конференции, ошибочны. Имелись, правда, сообщения печати о том,
будто Ш[тейнгардт] имел какое-то поручение к Хэл- лу от президента.
Сообщения эти Ш[тейнгардт] сам вскоре опроверг («Нью-Йорк таймс» от 7
июля 1933 г.). В этот же период Ш[тейнгардт] заявил в беседе с печатью
следующее: «Считаю, что Стокгольм является выгодным пунктом для
наблюдения за русскими делами. Я, конечно, буду время от времени
сообщать президенту об этих своих наблюдениях» (Нью-Йорк таймс» от того
же числа). Аналогичные заявления о своем интересе к нашим делам
Ш[тейнгардт] сделал и другим газетам. Отдельные газеты восприняли его
заявление как выступление в пользу «признания» и как желание быть первым
ам[ериканским] послом в СССР. Зав[едующий] Отделом печати
Госдепартамента МакДермотт говорил мне на днях, что по поручению Белого
дома он официально опроверг тогда слухи о временном характере назначения
Ш[тейнгардта] в Стокгольм и его намечении на пост посла в Москве после
восстановления отношений. Следов этого опровержения в печати не нашел. В
Стокгольме Ш[тейнгардт] пробыл до конца 1936 г. Говорят, что вел в
Стокгольме широкую жизнь, тратил много денег. Это лучше проверить через
тов. Коллонтай6. В марте 1937 г. был назначен послом в Перу. На недавней
Лимской конференции был членом делегации США. Ездившие в Лиму
ам[ериканские] журналисты отзываются о нем и жене как радушных хозяевах,
говорят, что Ш[тейнгардт] установил добрые отношения с президентом Перу,
с его женой, которая, кстати говоря, является собственницей снимаемого
ам[ериканским] посольством здания. Говорят далее, что он одновременно
много сделал для выявления японского, немецкого и итальянского влияния в
этой, пожалуй, наиболее фашистской из всех южноамериканских республик.
Действительно, еще 13 апреля 1938 г., когда сигнализация угрозы
фашистского внедрения в страны Лат[инской] Америки за счет интересов США
еще не входила в официальную платформу ам[ериканского] пра[вительства],
Ш[тейнгардт] выступил в Лиме с речью об этой опасности (не называя
агрессоров по имени) и призывал к единому фронту против внешней агрессии
(см. «Нью-Йорк таймс» от 14.IV.1938 г.). Во время Лимской конференции
Ш[тейнгардт] в своем выступлении призывал к совместным мерам против
проникновения в Лат[инскую] Америку пропаганды, «исходящей из стран
диктатуры».
По сообщению херстовской «Нью-Йорк америкэн» в связи с его назначением
посланником в Стокгольм, Ш[тейнгардт] является членом-основателем
Американского союза сионистской молодежи, членом правления и казначеем
Американской федерации сионистских организаций. О его сионистской
деятельности собираются дополнительные сведения.
Ш[тейнгардт] член Американской ассоциации адвокатов. Жена его,
урожд[енная] Гофман, состоятельна. Более точн[ых] сведений о ней пока
нет. Женат с 1923 г. Дочь 14 лет.
Повторяю, что неоглашение американцами назначения Ш[тейнгардта]
затрудняет сбор сведений о нем. По опубликовании назначения выяснится
много дополнит[ельных] данных.
К. УМАНСКИЙ
АВП РФ. Ф. 011. Оп. 4. П. 25. Д. 18. Л. 2—4. Копия.
Назад
Интернет-магазин 
Корзина 
